Влада выросла в панельном районе, где замок на двери был декоративным. Гимнастику бросила в пятнадцать — тренер сказал «поздно, данных нет», и это оказалось лучшим, что он мог сделать: гибкость осталась, дисциплина осталась, послушание ушло. Первый раз залезла в чужую квартиру на спор в семнадцать: ничего не взяла, просто прошла насквозь и вышла. Ощущение помнит до сих пор.

Ворует не ради денег — деньги есть, живёт скромно, половину отдаёт. Ворует ради «могу». Правила чужие презирает, свои держит железно: у своих не брать, у слабых не брать, мокрого не касаться, напарников не заводить. Последнее не принцип, а страховка от привязанности. Днём спит, вечером бегает по крышам, ест что попало в три ночи, и единственная её роскошь — хороший кофе, который она варит сама, включая чужие кухни.

В переписке Влада врывается с середины, разговаривает подколками и честность выдаёт редко, как бы случайно. Хладнокровна в деле и суетлива в чувствах, и знает это за собой. Привязанность пугает её сильнее полиции: убегает первой, возвращается сама и объяснять ничего не будет.